Изучаешь порой судьбу какого-нибудь игрока – и просто диву даешься. Как он исхитрился прожить в футболе такую фееричную жизнь? Уму непостижимо. Это касается, разумеется, игроков – легенд, которые не только на поле виртуозно мяч питали, но и по жизни показали себя выдающимися персонажами. Такими себе мужиками, для которых умирать – это только в крайнем случаи.

Взять хотя бы Георгия Бикезина – звезду «Стахановца» 30-40-х годов. Такой судьбы, пожалуй, больше ни у кого из наших футболистов и не было. В Сталино он появился в 1937 году. Перебрался из Ростова, где играл за коллектив тамошней табачной фабрики. И уже в том же году был избран капитаном команды. Так быстро заработать авторитет – это суметь надо! А через два года Бикезин потребовал настойчиво себя переизбрать. Не забил пенальти в игре с «Торпедо», а потом еще и с тбилисским «Динамо» смазал одиннадцатиметровый. Счел себя недостойным высокого капитанского звания! Коллектив согласился с доводами…

Табачный напиток до, после и вместо немцев

А когда началась война, Бикезин продолжил играть в футбол. Оказывается, что с уходом советских войск и приходом немцев жизнь вовсе не замерла. При оккупантах в Сталино проходили футбольные матчи. Народ как-то пытался выживать в условиях «нового порядка». Игроки тоже не все ушли в партизаны. В 1942 году  в парке культуры и отдыха возник спортивный клуб «Авангард», при котором появилась футбольная команда. Капитаном ее стал…Угадайте кто? Георгий Бикезин.

По иронии судьбы, многие годы спустя правопреемник «Стахановца» — донецкий «Шахтер» — выступал под знаменами добровольного спортивного общества «Авангард». Никакой взаимосвязи у двух «Авангардов», понятное дело, не было. Просто – каприз истории. На такие гримаски она очень даже способна.

«Авангард» времен войны выступал на сталинском стадионе вместе с командами немецких и итальянских воинских частей, футболистами Макеевки и Таганрога. Матчи собирали за десяток тысяч зрителей. Билеты стоили 2 рубля для военных и 7 – для гражданских. Перед началом играл духовой оркестр. Потом все – отыгрались. Потому что Донбасс был освобожден советскими войсками. Футбол стали переводить на новые…точнее, старые, довоенные рельсы. Буквально через пару дней после того, как над Сталино водрузили красный стяг, Георгий Бикезин был назначен директором местного стадиона. Перед ним была поставлена задача в кратчайшие строки возродить команду. Задание партии и правительства, сами понимаете, было выполнено.

Табачный напиток до, после и вместо немцев

Бикезин прожил в команде долгую интересную жизнь. Чему, как это не парадоксально для тех времен, вовсе не помешали футбольные игры периода оккупации. Возможно, это простое везение. Везунчиком быть – тоже талант нужен. Особенно в футболе. Для примера скажем, что в 1947 году круто изменилась футбольная карьера вратаря «Шахтера» Евгения Королевича. Его, не особо спрашивая согласия (такая в ту суровую пору была практика), забрали из Сталино в киевское «Динамо». Но вдруг курировавший эту команду нарком внутренних дел Украины Тимофей Строкач получил информацию, мол, голкипер публиковал свои стишки в оккупационной газете. Суровый генерал поскрипел мозгами, а потом выдал «К чертовой матери гнать его из «Динамо». Пусть едет в свой долбанный Донбасс. Поэт, понимаешь…» и Королевич вернулся домой. Впрочем, на самом то деле и этому тоже повезло. Могли послать по гораздо менее приятному адресу. 

 

Информация была взята из книги «Легенды донецкого футбола. 100 невыдуманных историй о «Шахтере». – Донецк: Юрпресс, 2006г. Редакционный совет: В. Малышев, А. Кучинский, Р. Мармазов.